Чего жителям Югры, Ямала и Тюмени ждать от январского роста цен на нефть
Чуда не произойдет, но для тюменской «матрешки» есть плюсы
Девять вызовов, которые стоят перед российской нефтянкой прямо сейчас
Главные угрозы отрасли по версии «нефтегазового патриарха» Геннадия Шмаля
«Хочется обнять маму, но я боюсь ее заразить»: как врачи Югры работают в «красной зоне»
Двухмесячная изоляция от семей, работа до 10 вечера, споры с COVID-диссидентами
Малонаселенная Арктика погибает от мусорной катастрофы. В опасности медведи, птицы, люди
NEFT рассказывает о проблеме, на которую десятилетиями закрывали глаза
Сплетни, пьянки и измены: как не дать вахте разрушить брак
NEFT разбирается вместе с женами вахтовиков
Большая афера на маленькой базе: как следователи поймали директора «Промышленных парков Югры»
NEFT нашла связь между июльскими и октябрьскими обысками в правительстве ХМАО
Почетный донор: как Югра кормит Россию и что получает взамен
NEFT на реальных примерах объясняет, почему от ХМАО зависит будущее страны
Как сохранить ментальное здоровье на Крайнем Севере
Полярные дни и ночи способны измотать любую психику, но есть способы защититься
«Мы спасли китов благодаря песням Аллы Пугачевой»
Капитаны ледоколов рассказали NEFT о спасательных операциях и работе в Арктике
«Я устала от Москвы и уехала жить к северному морю»: зачем менять столицу на Арктику
И как Крайний Север меняет ценности и мировоззрение